Во имя Бога, милостивого, милосердого.
Клянусь днем воскресения;
клянусь душею, саму себя тогда упрекающей:
уже ли человек думает, что Нам не собрать костей его?
Напротив; Мы можем правильно сложить даже концы пальцев его.
А человек хочет своевольствовать пред Ним!
Он спрашивает: „когда день воскресения?“
Тогда, когда зрение помрачится,
и луна затмится,
и солнце с луной соединится.
В тот день человек скажет: „где мне убежище?“
Нет, не будет никакого верного прибежища.
В тот день у Господа твоего твердое пристанище.
В тот день обнаружится, что человек сделал прежде, и что сделал после.
Истинно, человек будет верным обличителем самого себя,
хотя бы желал принести извинения за себя.
Не произноси его языком твоим торопливо.
Наше дело составить его и прочитать его;
потому, когда Мы читаем его, тогда и ты читай его, следуя за нами.
После того, наше дело изъяснить его.
Так; но вы любите скоротечное
и оставляете будущее.
В тот день у некоторых лица будут сияющие,
взирающие на Господа их.
В тот день у некоторых лица будут мрачные,
какими бывают у людей, при мысли о совершающемся над ними бедствии.
Истинно, когда она дойдет до самой гортани,
когда скажут : кто заклинатель…?
когда он поймет, что для него разлука…
когда соединится голень с голенью:
в тот день его погонять ко Господу твоему.
Он не имел уверенности и не молился,
а верил лжи и удалился.
Ушел к своим и развеличался.
Горе тебе, и еще горе!
Notes in the source · 1
- transcription anchor reads verse 31; corrected to 34 from the verse sequence
И за тем, горе тебе, и еще горе!
Уже ли человек думает, что он остается без присмотра?
Не был ли он влагой, какою изливается семя мужа?
Не был он потом куском сгустившейся крови? и Он устроил его и дал ему соразмерность членов.
Он производит из него чету — мужчину и женщину:
не так же ли может Он оживить и мертвых?